«Разнонаправленные тренды» Российского антикварного салона

В Центральном доме художника завершился XXXVIII Российский антикварный салон. Галерей было меньше. Посетителей тоже, но среди них было гораздо больше тех, кто интересуется ценами, а не просто зрителей. Да и продажи есть, а также отмечено появление высококлассных вещей, которые, не случись кризиса, могли бы быть успешно проданы и вне салона.

На XXXVIII Антикварном салоне стало просторнее — но не слишком. Его организаторы и дизайнеры прагматично использовали отток участников (осенью было 220 стендов, сейчас — 160) и, расширив «аллеи», сделав сквозные проходы через некоторые галереи, избавили VIP-зону второго этажа от ощущения замкнутого пространства, вызывавшего легкий приступ клаустрофобии (при этом толчея в несколько сократившихся закоулках на третьем этаже сохранилась). Есть примеры взаимовыгодных территориальных объединений близких по духу галерей: так, «Совком» и «Альтруист» представили совместный стенд.

Никакие кризисные настроения не повлияли на устоявшееся правило, особенно хорошо работающее в VIP-зоне второго этажа, — создавать на стендах тематические экспозиции. Галерея «Элизиум» построила свою на сопоставлении графики и офортов Пабло Пикассо и художников русского Парижа, в том числе Наталии Гончаровой («итальянский» и «испанский» театральные костюмы по $20 тыс.) и Александра Бенуа (рисунки с гравюр XVII века по $3 тыс.). Среди работ Пикассо — уникальный рисунок «Посвящение Ю. Гагарину», созданный в первые дни после 12 апреля 1961 года.

Галерея «Здесь», работающая с парижской школой и регулярно проводящая выставки в своем помещении на Пречистенке, представила 24 работы Сергея Шаршуна — «магического реалиста», как называл себя сам мастер Ecoles de Paris (диапазон цен от $10 тыс. до $70 тыс.). По словам арт-директора галереи Тамары Веховой, Сергей Шаршун — художник признанный, известный, но недооцененный, и экспозиция, включающая в себя работы знаковые, музейного уровня, дает возможность познакомиться с разными периодами его творчества (1920–1960-х): пейзажами, натюрмортами, композициями на темы воды и музыки и чистыми абстракциями.

За старых мастеров на этом салоне отвечала Old Masters Gallery с коллекцией немецкой живописи XV–XVI веков и работами художников фламандской и голландской школ XV–XVII веков, в том числе Яна ван Гойена, Питера Классенса Младшего, Саломона ван Рейсдала (€250 тыс.), Хендрика ван Клеве III (девять картин со стенда галереи были включены экспертами в топ-лист салона).

Покупатели редких ковров по привычке шли на третий этаж: там было из чего выбрать, но французская галерея Boccara с двумя дворцовыми гобеленами (высота 4,2 м, $1 млн) из серии «Охота Максимилиана», изготовленными для Людовика XIV, по-прежнему располагалась на втором этаже.

Галерея «Арт Коминтерн» выставила американскую работу Николая Фешина, крупные произведения которого не часто появляются на открытом рынке вне аукционов, — отличные парные портреты семьи Монтгомери (1935, $600 тыс. за пару), а на стенде галереи «Кардашиди Арт» стоит отдельно отметить автопортрет Анатолия Зверева (1954, $28 тыс.).

Если говорить о «больших стилях», то русский ампир наблюдался на стендах галереи «Реликт», «Антикварной торговли Лелянова» (классический бронзовый подсвечник с амуром, держащим факел, оценен в $4,5 тыс., бронзовое бра в виде лиры — в $2,5 тыс.) и «Русской усадьбы» (обнаруженной на третьем этаже). Французский модерн (полноценный мебельный гарнитур Луи Мажореля) можно было найти в объединении «Петербургский антиквар» — Suslov Fine Art, а галерея Transatlantique — на боевом посту с ар-деко и, соответственно, лаконичной мебелью Жака Адне, развивавшего идею функциональной эстетики.

Волшебные слова, увеличивающие стоимость любого предмета, «поставщик двора Его Императорского Величества» на этот раз звучали в названии некоммерческого проекта салона — выставки, показавшей фарфор, бронзу, хрусталь, серебро, изготовленные между 1800 и 1917 годами мастерами фирм этих самых легендарных поставщиков.

Ну а как общее настроение? В воскресенье, несмотря на жуткую погоду, в кассу ЦДХ стояла очередь, но продавцы жаловались на то, что посетителей мало, отмечая, правда, что среди пришедших больше тех, кто конкретно интересуется ценами, и меньше зрителей. В то же время продажи есть — и отмечено появление высококлассных вещей, которые, не случись кризиса, могли бы быть успешно проданы и вне салона, а теперь владельцы решили, что необходимо их представить широкой публике. В общем, жизнь продолжается, хотя и в рамках, как принято говорить в последнее время, «разнонаправленных трендов».