И не делайте потом большие глаза

Последний фильм голливудского сказочника Тима Бертона Большие глаза собрал чуть более $22 млн в весьма скромном мировом прокате, формально отбив бюджет в $10 млн. Отсутствие любимчика режиссера, Джонни Деппа, дало о себе знать, прохладная критика отправила ленту из кинотеатров доживать свое на DVD. Тем не менее есть основания считать этот фильм своеобразной библией арт-рынка. Рояля в кустах, как всегда, никто не заметил.

«Нам не пробиться. Есть тайное общество галеристов и критиков, они собираются по воскресеньям в Сaусалито (небольшой городок в Калифорнии. — TANR) и решают, что классно. Это чистое масонство! Выбирают одного художника, а другого обрекают на неизвестность», — говорит главный герой в одной из сцен. Действие картины происходит в конце 1950-х в Сан-Франциско, и потому эти слова кажутся наивными и едва ли задерживаются в памяти зрителя. Тем не менее эта фраза — модель всего арт-рынка в миниатюре.

Условно сузим современный рынок галерей до «большой четверки»: Gagosian, David Zwirner, White Cube, Acquavella. Вы когда-нибудь наблюдали за перемещениями их менеджеров на крупной арт-ярмарке? Советуем зайти в VIP-зону, и вопросы о «круге первом» отпадут: представители конфронтационных (в обывательском понимании) галерей охотно знакомят друг друга с собственными клиентами. «Вам нужен Калдер? Наш в резерве, но у моих коллег из павильона напротив он, кажется, пока свободен». И дело не в комиссионных или лояльности клиента: все галереи работают на общее дело — устойчивую и непрерывную откачку активов в пользу современного искусства.

«Нас не интересует такое, это слишком просто». Ликбез длиною в один абзац: почему именно современного? Все дело в денежной дельте между «случайно открытым» и «признанным», она у современного искусства наибольшая. На этом сделали капитал Поль Дюран-Рюель и Амбруаз Воллар, первые арт-дилеры, поставившие на импрессионистов. Не обошлось без государственной поддержки: именно Наполеон III по совету адъютанта (интересно, был ли он в доле?) предоставил «непонятному искусству» Франции отдельный павильон, названный «Салоном отверженных». В отличие от парижского Салона праведников классической школы, «Салон отверженных» посетило в четыре раза больше зрителей, а выкупленные дилерами за бесценок работы стали первой успешной инвестицией на арт-рынке. Символично, что детали «сделки» Дюран-Рюель обсудил с Клодом Моне и Камилем Писсарро в Лондоне, а позже и вовсе открыл галерею в Нью-Йорке. Таким образом две мировые столицы художественного рынка оказались втянуты в историю раньше, чем опомнились.

«Я думал, люди покупают то, что им нравится». — «Люди не хотят ни во что вдумываться. Они покупают то, что висит в нужное время в нужном месте». Купить за тысячи — продать за миллионы. Сегодня на результаты аукционных торгов 10-летней давности, позволивших покупать Жан-Мишеля Баскиа и Герхарда Рихтера за сотни тысяч долларов, со слезами глядят многие. Что мешает вычислить будущих фаворитов уже сейчас? Как известно, все топ-галереи имеют собственные «фарм-клубы» рангом пониже, на правах долевого участия. Те, в свою очередь, курируют галереи средней руки. Аналогично ранжируются и арт-ярмарки. Будьте уверены, что искусство, сегодня выставленное на Pulse, через два года будет представлено на Scope, а через пять доберется до Art Basel. Куда денутся фавориты последнего десятилетия, спросите вы? Останутся уделом вторичных торгов и дилерских сделок с выжатым финансовым потенциалом.

«Я слышала, Таб Хантер (американский киноактер и певец. — TANR) смотрел у вас одну из этих работ?» — «Я не могу этого сказать, но… Да». На последней Art Basel Miami Beach у 2/3 галерей одновременно были замечены новые тренды: аллюзии на эстетику модернизма, кинетический арт и искусство, заключенное в лайтбоксы. Новый герой нашего времени (покойный, зато с крепкой юридической поддержкой и фондом наследия) Александр Калдер напрочь вытеснил со стен павильонов Рихтера и заставил поднять из небытия ранние работы Баскиа и Лихтенштейна. Спрашивается, стоит ли его покупать? Огорчим: вы опоздали. Он либо куплен, либо находится в резерве, подогревающем покупательскую активность. Начинать нужно с низов: смотреть, кого подтягивают небольшие галереи-сателлиты, кого осторожно выводят на дневные аукционы, обеспечивая первичную историю, и так далее. Возможно, ошибетесь вы, но точно не ошибется арт-рынок. Благо собрания галеристов и критиков в Саусалито проходят до сих пор.

«Дружище, я не раскрою твой обман, — говорит в фильме опытный журналист. — Я съем и попрошу добавки: есть о чем написать в моей колонке». Напишем и мы.