The Art Newspaper Russia
Поиск

Алиса Савицкая: «Обращение к местным темам создает доверие к современному искусству»

В московском ГЦСИ 11 марта открылась первая выставка из серии региональных проектов музея — «Жизнь живых». Мы поговорили с Алисой Савицкой, куратором Волго-Вятского филиала ГЦСИ, которая первой показала в Москве своих художников

Выставка Волго-Вятского филиала открывает череду региональных проектов в московском ГЦСИ. А вы знаете, почему в Москве решили начать именно с Нижнего Новгорода?

Выставочную программу региональной площадки разрабатывает Алиса Прудникова, наш непосредственный руководитель, глава дирекции регионального развития РОСИЗО-ГЦСИ. Когда еще только возникла идея переформатирования ГЦСИ, я сразу как один из возможных вариантов предложила ей нашу выставку «Жизнь живых». По нескольким причинам. Во-первых, это выставка, которая полностью готова, ее в любой момент можно привезти. Во-вторых, она довольно репрезентативна. На ней есть и коллекция ГЦСИ, и проекты нижегородских арт-резиденций, и собственно нижегородские авторы, например Александр Лавров, Андрей Дружаев или команда «Той», которые живут в городе. Выставка дает широкий срез разных типов художественного взаимодействия с конкретной локальной темой. В нашем случае это тема города, городской среды и экологии.

В этом есть что-то от краеведения.

Действительно, мы считаем одним из своих приоритетных направлений работу с локальным контекстом. И мы вынуждены с этим работать, поскольку являемся одной из крупнейших институций в регионе, располагаемся в самом центре Нижегородского кремля и работаем для очень широкой аудитории. Помимо людей, интересующихся искусством в целом, к нам ходят туристы. И нам при отсутствии полноценной краеведческой экспозиции важно рассказать им что-то о городе.

То есть функция краеведческого музея плавно перетекла к центру современного искусства?

Не совсем. Мы всегда работали прежде всего с современным искусством. Мы не делаем историко-краеведческих экспозиций, но с помощью языка современного искусства мы можем рассказать о городе. Причем о его актуальных проблемах, животрепещущих образах. И здесь есть «военная хитрость»: когда художники высказываются на локальную тему, а зритель что-то не понял, это значит, что он не современное искусство не понимает, а, скорее, не знает собственного локального контекста. Наша практика показала, что обращение к местным темам создает кредит доверия аудитории к современному искусству. Когда мы работаем с местной средой, мы создаем «домашнюю» ситуацию — на своем языке обсуждаем наши проблемы. Интересно, что за последние пять-шесть лет у нас сформировалось поколение молодых художников, которых называют представителями «нижегородского уличного искусства», хотя, строго говоря, их деятельность я бы стрит-артом не назвала. Скорее, это паблик-арт. Художники работают в городе, взаимодействуют с местными жителями, договариваясь о работе на фасадах их домов. И нет никакого фактора нелегальности.

Как приспосабливали выставку к залу в Москве?

Мы увидим камерные вещи. В каких-то случаях это эскизы. Документация ленд-арт-проекта, например. Важную роль играют подписи к работам. Для наших посетителей мы подготовили специальный путеводитель по выставке.

Алиса, а как вы вообще отнеслись к тому, что будете делать выставки на месте своих московских коллег?

Если мы говорим про судьбу институции как чего-то целого, а не отдельных людей, которые в ней работали и ушли по понятным причинам, я считаю, что появление региональных проектов на площадке московского ГЦСИ логически продолжает деятельность в целом. Мы всегда были сетью с центром в Москве и филиалами по всей России, и то, что происходит сейчас, если смотреть на сверхзадачу, есть переформатирование деятельности и смещение акцентов. И мне, и Анне Марковне Гор (директор Волго-Вятского филиала ГЦСИ. — TANR) важно участвовать в судьбе московской институции.

А о каких-то уже ощутимых изменениях в работе филиалов можно говорить?

Изменения есть, мы включились в совершенно другую структуру. В смысле бюрократической деятельности уже ощущаются перемены. Оценить их пока сложно: процесс реструктуризации только-только заканчивается, мы еще в ситуации стресса, когда нужно все перезапустить, все переделать.

Про самые интересные будущие выставки в Нижнем Новгороде расскажете?

Мы будем показывать проекты, которые сделали партнеры, например Мультимедиа Арт Музей или Гете-институт. И запланированы, конечно, собственные проекты. В этом году их два: первый — выставка «Свежий слой», ее курирует Анна Нистратова. Это нижегородское уличное искусство и декоративно-прикладное народное искусство нижегородского региона. Выставка проводит прямые аналогии между работами и объектами прикладного творчества. Будет создано пространство, где они смешаются, чтобы было непонятно, что есть что. Вторая выставка, которую делаю я вместе с коллегой Анастасией Полозовой и с Валентином Дьяконовым, — «Простые чувства». Будем пытаться создать антивыставку, точнее, поствыставку. Мы хотим попробовать снять те преграды, которые существуют между искусством и зрителями, путем создания совершенно нового пространства, которое бы не имело признаков выставки. В этом нам помогут нижегородский архитектор Миша Маслов и московский художник Алексей Корси. Пространство будет с отдельными павильонами для коммуникации с искусством.

Что-то мультимедийное?

Больше уклон будет в архитектуру, создающую альтернативные модели поведения. Мы хотим отказаться от идеи выставки как сложного кураторского высказывания. Придется отказаться от экспозиционных моделей, которые мы в Арсенале уже обкатали, откажемся и от традиционного этикетажа. Хочется, чтобы у зрителей выстраивались новые способы взаимодействия с произведениями. Пример из недавних практик Алексея Корси — проект «Ультимативный акт искусства», когда на входе на выставку зрителям рассказывали, что такое плацебо, давали заполнить анкету, где они писали, что хотят пережить от диалога с искусством, и после консультации им выдавали запаянную медицинскую бутылочку с обычной водой. Но силой самовнушения человек, выпив эту воду, должен был испытать те самые переживания, на которые он рассчитывает. «Простые чувства» станет заключительной частью нашей трилогии о современном искусстве для и по поводу локального контекста. Следующий вектор развития будет связан с отношениями в широком смысле: партисипаторные практики, инклюзивные, всевозможные виды работы с сообществами.

А что стало с женской премией «Кариатида», одним из учредителей которой вы были? Почему она исчезла?

В силу занятости крупными проектами мы решили пока прервать эту инициативу. Премия была частной задумкой друзей Ольги Лопуховой и Любови Сапрыкиной, которые объединились, чтобы поощрять начинания молодых арт-менеджеров. Все участники этой самоорганизованной в 2011 году структуры предлагали варианты, а затем выбирали победительницу, которая делала выставку в нижегородском Арсенале. Так родился, например, проект «Квантовая запутанность» Дарьи Пархоменко. Победительница получала небольшую денежную премию и произведение современного художника (участвовали Игорь Макаревич, Сергей Шутов, Дмитрий Цветков) на тему кариатиды. Сейчас вспомнила о ней и теперь вот думаю: а может быть, попытаться ее возродить?


Выставка «Жизнь живых» открыта в РОСИЗО-ГЦСИ на Зоологической улице с 11 марта.

Просмотры: 3364
Популярные материалы
1
Выставка «Viva la vida! Фрида Кало и Диего Ривера» пройдет в Манеже
Большинство произведений приедет на выставку из Музея Долорес Ольмедо, обладающего крупнейшей в мире коллекцией живописи Кало и Риверы.
15 октября 2018
2
Музею Востока исполняется 100 лет
К своему юбилею Государственный музей искусства народов Востока подходит на пике территориального расширения. Осваивая новые для себя пространства, институция одновременно стремится не забывать о присущей ей научной фундаментальности.
10 октября 2018
3
Оскар Рабин: «Бульдозерная выставка была самым ярким событием моей жизни»
Художник-нонконформист, в этом году отметивший 90-летие, рассказал The Art Newspaper Russia о своей жизни в Москве и Париже и об отношении к современному искусству.
12 октября 2018
4
Коллекционер заберет изрезанный на Sotheby’s холст Бэнкси, уже ставший другой работой
Аукционный дом объявил себя едва ли не соавтором Бэнкси, назвав случай на недавних торгах «первым, когда перформанс был продан на аукционе».
12 октября 2018
5
Как продавать бесценное: уловки успешных арт-дилеров
Искусство продается и покупается, арт-рынок растет, а мы вспоминаем о самых предприимчивых галеристах и их излюбленных тактиках, проверенных десятилетиями.
10 октября 2018
6
Коллекция Мстислава Ростроповича и Галины Вишневской снова продается
На аукционе Sotheby’s в Лондоне будет представлено более 300 лотов из коллекции великих музыкантов: мебель, ювелирные украшения, произведения русского искусства, книги и музыкальные инструменты.
11 октября 2018
7
Осень ветхосоветского модернизма
Спасением монументального наследия позднесоветского времени занимаются в основном градозащитники и отдельные энтузиасты.
15 октября 2018
8
Как реставрировались работы Врубеля, Верещагина, Гончаровой, показывает Центр Грабаря
Выставка «Век ради вечного» приурочена к 100-летию Научно-реставрационного центра имени И.Э.Грабаря.
11 октября 2018
9
В выставке «Красный» в Гран-пале примут участие Третьяковка, ГМИИ им. А.С.Пушкина и Русский музей
Проект объединит в Париже авангард, соцреализм и неофициальное советское искусство
12 октября 2018
10
Британский музей не станет открывать залы с коллекцией древних барельефов
В подземных галереях, закрытых с 2006 года, все еще хранится ассирийский рельеф стоимостью £100 млн. Про спрятанные там сокровища не то чтобы забыли — использование залов цокольного этажа по-прежнему признается нерациональным.
10 октября 2018
Партнер Рамблера
Рейтинг@Mail.ru