The Art Newspaper Russia
Поиск

Премьера развески

Галерея искусства стран Европы и Америки XIX–ХХ веков, самый посещаемый отдел Государственного музея изобразительных искусств им. А.С.Пушкина, предъявила новую развеску коллекции импрессионистов и новый цвет стен.

Теперь стены здесь белые, точнее, жемчужно-серые, подчеркивающие, а не оттеняющие своеобразие экспонатов. Раньше раскраска была более заметной, насыщенных пастельных оттенков, с собственной драматургией.

Вместе с новым цветом старых стен предъявили изменения в экспозиции. Кардинально она не поменялась, хотя стала более конкретной и четкой. А еще сухой и сжатой, поскольку из трех выставочных этажей под постоянную коллекцию оставили два верхних, самый нижний закрепив за гастрольными проектами (сейчас здесь показывают работы Пауля Клее, привезенные из швейцарских собраний).

Умные люди всегда стараются превращать минусы в плюсы. Поскольку картины импрессионистов и постимпрессионистов максимально востребованны (в том числе на зарубежных выставках) и постоянно ездят, появляется возможность говорить о «ротации коллекции», постоянно обновляемой и освежаемой даже для тех, «кто уже в курсе».

Нынешний ее вариант открывается полотном Франсиско Гойи, как бы перекидывающим мостик от классического искусства к новациям середины XIX — начала ХХ века, в этом же зале висят шедевры Оноре Домье и Жана Энгра, ответственных за «Салон» и «натурализм». В следующем, раньше отвечавшем за творчество Клода Моне (на самой выигрышной фронтальной стене тут выставляли два «Руанских собора» и «Темзу в тумане»), теперь царят барбизонцы, роскошная подборка пейзажей Камиля Коро. Козырное место Руанских соборов передали «Деревенской любви» Жюля Бастьен-Лепажа, получившей широкую известность еще по советским маркам.

«Деревенская любовь» расположена у двери к импрессионистам, то есть как бы замыкает раздел традиционного искусства: за дверным косяком посетителей встречают Эдуард Моне и Эдгар Дега. Раньше между ними, кажется, висели пейзажи Альбера Марке, которого то ли понизили, убрав из экспозиции импрессионистов, то ли повысили, переместив со второго этажа на третий, поближе к фовистам. В следующей комнате сгруппировали всего Пьера Огюста Ренуара, добавив к нему Альфреда Сислея, дальше, через проход, начинается вытянутый зал Клода Моне. Отныне «Руанские соборы» висят на проходной стене начала очередной анфилады, из-за чего смотреть их можно только вблизи.

Дело тут не только в том, что многие приучены разглядывать импрессионистов издали, пытаясь превратить густые красочные потоки в синтезируемое целое, но еще и в том, что подобного рода живопись требует большего простора. Одной разреженной развеской (на которую, впрочем, в Галерея искусства стран Европы и Америки нет особой возможности) здесь не обойтись — нужны высокие потолки, обеспечивающие необходимый импрессионистам «воздух», дополнительную экспозиционную свободу, позволяющую не «подрубать» готику вертикальных композиций (и без того затейливо кадрированную художником «под обрез») Руанского собора.

Впрочем, ведь и не только его, в этом смысле постимпрессионисты, выставленные далее: Ван Гог, Поль Сезанн и особенно Поль Гоген, — особенно размашисты и монументальны. Им тесно в этих залах, перестроенных под конкретный проект Музея личных коллекций, в котором кабинетный формат помещений отсылал к сути частных собраний, изначально располагавшихся в жилых комнатах, среди повседневных предметов. Личные коллекции всегда слишком разнобойны, предельно индивидуальны и при этом, как правило, ограничены возможностями бывших хозяев. Хорошо запомнился мощный эффект от этих разностильных комнат, возникший при самом первом открытии МЛК, ныне переехавшего в другое здание. Вслед за коллекционерскими пристрастиями каждый зал музея точно обнулял экспозицию, заставляя заново погружаться в обстоятельства той или иной человеческой судьбы, встававшей за россыпью экспонатов. Что логично, тот МЛК вышел не столько про картины и антиквариат, сколько про людей, их в музей передавших. Теперь же, когда новая экспозиция группирует по залам уже не коллекции, но отдельных художников, пытаясь сделать рассказ о развитии художественных языков и эволюции стилей единым и по возможности непрерывным, пространства мало. В этом смысле, кажется, больше повезло жителям третьего этажа, в особенности Пабло Пикассо, которому отошел достаточно вместительный проход, и Анри Матиссу. В отсутствие «Марокканского триптиха» последнего (говорят, он на гастролях) в его зале просторно и даже слегка пустовато. Можно представить, как выглядела бы коллекция ХХ века, если бы никакой тесноты не было.

Кстати, привозная выставка работ Клее, расположившаяся сейчас на первом этаже, воспринимается вполне органично. Неслучайно некоторые арт-критики окрестили ее «самым уютным проектом» прошлого года. Что влияет на уравновешенное восприятие этих залов? Дизайн развески? Небольшие размеры картин и объектов Клее, требующих минимальной дистанцированности от зрителя, нуждающиеся в пристальном вглядывании?

По соседству с Матиссом стало неожиданно много Фернана Леже, появился внятный уголок итальянских метафизиков и, как бы противопоставленных им, «прогрессивных западных реалистов», извлеченных из запасников (отдельного рассказа требует включение в экспозицию экспонатов из трофейного фонда, тактично рассеянных по залам среди других объектов).

Новая экспозиция работает с нынешней архитектурной данностью, пытаясь извлечь максимальную интерьерную и художественную выгоду из лабиринта помещений бывшей гостиницы «Княжий двор», перестроенной под нужды Музея личных коллекций в 1988–1993 годах в ситуации тотального дефицита выставочных площадей. Комбинировать картины и скульптуры можно до бесконечности, но нельзя изменить логику стен, какими бы изысканными ни были их подсветка и расцветка.

Рассказывая о планах расширения музейного городка, руководство ГМИИ неоднократно утверждало, что нынешнее помещение Галереи искусства стран Европы и Америки XIX–ХХ веков не окончательное и при первой же возможности барбизонцы и импрессионисты, постимпрессионисты, фовисты, кубисты и прочие модернистские течения переедут в здание, отобранное музеем у Института философии РАН. Что означает: в самом ГМИИ прекрасно понимают все недостатки нынешних экспозиционных площадок. Однако не смиряются с существующим положением вещей, но стараются приноровиться к нему, сделав временное существование едва ли не самой важной московской коллекции живописи и скульптуры максимально приемлемым.

Правда, Институт философии РАН, кажется, еще даже не начали реконструировать. В нем есть лекционные аудитории и просторные залы, вполне походящие для картин большого формата. Главное, чтобы высота потолков не подкачала. И без того девять лет уже как всеми любимые «импрессионисты» живут в условиях коммунальной тесноты, обрамленной излишествами лужковской архитектуры.

Просмотры: 1988
Популярные материалы
1
Приключения русского авангарда в Генте
Выставка в бельгийском музее поразила экспертов. Откуда взялись неизвестные прежде произведения русских художников-авангардистов, выясняла наш корреспондент Наталья Шкуренок.
15 января 2018
2
Открытое письмо экспертов по поводу выставки «Русский модернизм» в Музее изящных искусств в Генте
Ученые, кураторы и арт-дилеры считают показанные на выставке работы мастеров русского авангарда «вызывающими множество вопросов».
15 января 2018
3
Алена Долецкая стала креативным консультантом Третьяковки
В новой должности она займется продвижением выставок
16 января 2018
4
Выставка «Рисунки скульпторов. Роден. Майоль. Деспио» пройдет в фонде IN ARTIBUS
Проект впервые представит публике серию из 50 рисунков Майоля 1916 года, а также работы редкого для российских музеев Шарля Деспио.
16 января 2018
5
Найден неизвестный ранее рисунок ван Гога
Находка помогла атрибутировать другую работу художника.
17 января 2018
6
В Иране открылся первый музей, посвященный художнице
Ретроспектива Монир Шахруди Фарманфармаян разместилась в бывшем дворце в Тегеране.
16 января 2018
7
Катрина Нейбурга: «Если отличную идею не удалось воплотить за полгода, я брошу ее и примусь за что-то еще»
Латвийская художница и сценограф о будущем проекте для I Рижской биеннале современного искусства (состоится в июне 2018 года), эзотерическом шорт-листе, любви к классической музыке и парикмахерам.
16 января 2018
8
Три выставки недели
Живописец Павел Корин в Новой Третьяковке, фотографии Бориса Кустодиева в Мультимедиа Арт Музее и «Учреждение культуры» в Stella Art Foundation.
19 января 2018
Партнер Рамблера
Рейтинг@Mail.ru